Латышские красные стрелки внесли существенный вклад в дело победы Великой Октябрьской революции. Выходцы из бедных крестьянских семей, сыновья безземельных батраков стали реальной и практически несокрушимой силой. Они принимали активное участие в разгроме войск Деникина, Юденича и Врангеля. Поэт Демьян Бедный писал: «Заслуги латышей отмечены, Про них, как правило, пиши: Любые фланги обеспечены, Когда на флангах — латыши!»
Единый фронт латышских стрелков в начале 1919 года освободил подавляющую часть Латвии от германских оккупантов, которые оставались на землях бывших Прибалтийских губерний по иезуитскому решению кураторов — составителей Компьенского мира.
А началось все с того, что в конце ноября 1917 года советское правительство призвало латышских добровольцев отправиться в Петроград для защиты города победившей революции. На призыв тут же откликнулся 6-й Тукумский латышский стрелковый полк. 2,5 тысячи человек прибыли в город на Неве 28 ноября.
Части местного гарнизона и красногвардейцы скооперировались с латышскими бойцами для наведения революционного порядка в Петрограде.
Именно латышские части приняли самое деятельное участие в разгоне Учредительного собрания 5 января 1918 года. Тогда же латышские стрелковые соединения умело разоружили анархистов и дезертиров, которые занимались мародерством и грабежами.
Чуть ранее новой власти потребовалось охранять Смольный — и вот еще 26 ноября в Петроград отправилась Сводная рота латышских стрелков. Эту роту сформировали в Валке, она состояла из 248 стрелков и 5 офицеров, а командовал ей Янис Петерсон. К февралю 1918 года число охранников Смольного насчитывало уже более полутысячи человек благодаря новым командированным бойцам. Численность роты была превышена. И вскоре был сформирован Смольненский сводный батальон латышских стрелков.
Самые надежные и проверенные латышские стрелки несли личную охрану кабинета Ленина, когда он работал и готовил декреты.
Каждое утро, прибывая на работу, Владимир Ильич вежливо здоровался с латышскими стрелками и слышал в ответ дежурное приветствие. Перед ними же создатель первого социалистического государства выступил с программной речью 20 февраля 1918 года, в которой поблагодарил бойцов-латышей за мужество и героизм.
Когда в начале марта советскому правительству было необходимо переехать из Петрограда в Москву, поезд с членами властных структур сопровождал и охранял отряд латышских стрелков-добровольцев.
С мая по октябрь 1918 года бойцы новообразованного 9-го латышского стрелкового полка несли охрану Кремля.
В январе 1918 года грянул калединский мятеж. Белоказачьи контрреволюционеры выступили на Дону против установления советской власти. В 1917 году Белая Армия предприняла наступление на Донбасс, а 15 декабря войска Алексея Максимовича Каледина взяли Ростов. В это время командующий объединенными советскими войсками на юге России Владимир Антонов-Овсеенко лично приказал латышским стрелкам подавить бунт.
Для проведения операции против калединских подразделений был отправлен 3-й Курземский латышский стрелковый полк, который вошел в состав большой группы Рудольфы Сиверса. Именно эти бойцы сыграли решающую роль в освобождении Ростова от календинцев 2 февраля 1918 года.
Впрочем, белоказацкие формирования пытались спасти положение, однако их остатки были настигнуты и разгромлены при активном участии латышских бойцов, в частности, в сражении под станицей Уманская.
В январе 1918 года латышские стрелковые отряды занимались не только разгромом мятежных донских казаков. По распоряжению советского главнокомандования 1-й Усть-Двинский латышский стрелковый полк был направлен в Беларусь для борьбы за социалистический строй. Стрелков лично принимал и инспектировал начальник революционного полевого штаба Ставки Иоаким Вациетис, уроженец Курляндской губернии.
В это время на территории Беларуси разгуливал 25-тысячный польский корпус, увидевший свет еще при Временном правительстве, с которым латышские стрелки активно сражались.
Из-за наступления германских войск большая часть латышских стрелков, ставших основной силовой опорой Исколастрела, эвакуировалась вглубь России, и бывшие Прибалтийские губернии оказались оккупированы кайзеровской армией.
Когда встал вопрос о формировании Красной Армии, Комитет организации СДЛ стрелков высказался за сохранение латышских стрелковых полков.
В марте 1918 года во время заключения мира в Брест-Литовске латышские красноармейцы рассредоточились по различным дислокациям. Одни расположились в Бологом, другие — в Москве, Новгороде, Вологде. Все эти разрозненные части приказом от 13 апреля 1918 года были сведены в Латышскую стрелковую дивизию, что стало важным шагом в организации добровольческого движения латышей-красноармейцев.
К концу ноября дивизия насчитывала 17 тысяч человек (для сравнения: в середине апреля ее численность составляла примерно 7 тысяч человек).
Пополнение латышских стрелковых подразделений постоянно происходило за счет беженцев из бедных рабочих семей, эвакуировавшихся от гнета немецкой оккупационной администрации. Для этих молодых людей восстановление остзейского помещичьего господства было самым страшным кошмаром. Также эвакуированные латышские труженики фабрик в Харькове, Уфе, Саратове и других городах Поволжья с радостью вливались в состав латышского стрелкового движения.
За это время латышские подразделения как силы быстрого реагирования направлялись командованием в самые горячие точки для оперативной ликвидации очагов антисоветского наступления.
Вот только крупные из городов, в которых контрреволюционные мятежи летом 1918 года были подавлены преимущественно силами латышских красных стрелков: Старая Русса, Муром, Рыбинск, Новгород, Калуга, Ярославль.
Однако ключевым выходом латышских стрелков стало участие в подавлении мятежа левоэсеров в Москве, спусковым крючком к которому послужило убийство посла Германии Вильгельма фон Мирбаха эсером Яковом Блюмкиным 6 июля 1918 года.
1,3 тысячи мятежников захватили здание ВЧК, почтамта и телеграфа — положение стало на самом деле угрожающим. Владимир Ильич понимал, что вернее и надежнее стрелков-латышей в деле подавления левоэсеровского выступления найти практически невозможно. План подавления мятежа разработал лично Иоаким Вацетис.
В итоге роты 1-го, 2-го, 3-го и 9-го полков, насчитывавшие 720 штыков, пулеметную команду и артиллерийские орудия, на рассвете нанесли противнику мощный удар. Примечательно, что накануне вечером латышские стрелки-диверсанты тихо заняли главную телефонную станцию в Петрограде, лишив левоэсеровских инсургентов возможности оперативной и бесперебойной связи.
Рано утром стрелки взяли Покровские казармы — стратегически важный пункт. Район, занятый мятежниками, попал в полное окружение. Так латыши загнали левоэсеров в «котел». Они принялись методично обстреливать мятежные формирования, которые еще до полудня, не выдержав колоссального натиска, обратились в бегство.
В подавлении восстания левоэсеров и зачистке кварталов, занятых их сторонниками, принимали участие также венгерские и австрийские коммунисты под командованием Белы Куна. Именно тогда, по воспоминаниям Петра Стучки, латышские стрелки заслужили похвалу от Ленина как наиболее преданные революции красноармейские части.
11 Сентября 2019
Автор:
Александр Филей
Подписывайтесь на Балтологию в Telegram и присоединяйтесь к нам в Facebook!
